«То есть мы зарегистрировались, начали нашу деятельность в марте 2022, зарегистрировались как юрлицо в апреле. Далее мы открыли свой сайт в июне 2022, и через две недели он был заблокирован Роскомнадзором — очень быстро все происходило.
В ноябре 2022 меня объявили иностранным агентом, если быть точной — 25 ноября. Я была в последнем списке, помните, когда еще было разделение на «иностранные агенты-физлица» и «иностранные агенты-СМИ». Я была как иностранный агент-физлицо. И там тогда писали, чьим иностранным агентом ты являешься. У меня было написано: «Украина».
Потом уголовное дело против меня было возбуждено в январе 2023, практически сразу после объявления иностранным агентом. В феврале 2023 меня объявили в розыск. Это все происходило очень быстро.
В марте 2023 Фонд объявили иностранным агентом. Затем, в сентябре 2023, наш Фонд объявили нежелательной организацией. А в ноябре 2023 меня приговорили к семи годам лишения свободы заочно.
А уже в 2024 году, в июле, нас объявили экстремистской организацией, то есть подразделением несуществующего «Антироссийского сепаратистского движения». А в декабре 2024 нас объявили террористической организацией.
То есть сегодня мы являемся — Фонд «Свободная Бурятия» — является: иностранный агент, нежелательная организация, террористическая и экстремистская».
«Мотивы изначально были в том, что еще с 2014 года, с самого начала российской интервенции на Донбасс за бурятами закрепился негативный образ — так называемых «боевых бурят Путина». Почему это произошло?
Россия вторглась в Украину в 2014 году. Открыто — нет, но де-факто — да. И пытаясь скрыть свое присутствие, она отправляла туда военнослужащих с территории России.
Возьмем, к примеру, псковских десантников, о которых мы знаем из расследования Льва Шлосберга. Внешне они похожи на жителей Донбасса, они славяне. И как докажешь, что это российские солдаты, если у них нет документов и нашивок? Можно сказать: это местные ополченцы.
Но бурятские танкисты, которых также отправляли на Донбасс в 2014-2015 годах, — они внешне отличаются, они азиаты. Именно их присутствие сделало очевидным факт: на территории Украины воюют регулярные российские войска.
Тогда же прокремлевские активисты сняли провокационное видео — «Обращение боевых бурят Путина к перепуганному народу Украины». Позже я общалась с молодежью, которая в нем участвовала. Они признались, что им заплатили, они не понимали контекста, просто зачитали предоставленный текст. Там были оскорбления вроде «ваша экономика летит в европейскую промежность Кончиты Вюрст» — максимально грубые вещи.
Этот ролик стал вирусным, его запомнили в Украине. И мем про «боевых бурят Путина» он так и остался».
«То есть мы много говорим о самосознании, ценности бурятского языка, мы также обращаем внимание на имперский, империалистический характер этой войны против Украины. То, что Путин говорит, будто украинский — это не язык, что государственность придумал Ленин, и «мы великие» — это все имперская парадигма.
В этом плане очень много приходится работать, в том числе с некоторыми представителями российской оппозиции, которая по большей части мыслит имперски. Не знаю, что с этим делать — неужели они не понимают очевидных вещей?
Сейчас пишу исследование для одного think tank’а — «Чему бы Россия могла поучиться у Японии и Южной Кореи» в случае окна возможностей. До этого писала для think tank’а Globsec Research paper «Как России стать настоящей Федерацией» по примеру Германии и Соединенных Штатов Америки. Также отдельно я обращала внимание на муниципальные реформы, которые проводила Украина в части создания объединенных территориальных громад, и на то, как Литовская Республика уходила от советского наследия.
Потому что я считаю, что настоящая здравомыслящая страна-государство готова учиться — не важно у кого, — если видит, что практики были полезными. А у России очень часто: «Почему мы должны учиться у какой-то Украины или какой-то Литвы? Где мы, а где они? Мы же великие. Мы же большие».
Александра Гармажапова (род. 7 апреля 1989 года, с. Хойто-Бэе, Иволгинский район, Бурятская АССР, СССР) — российская журналистка-расследователь, политическая активистка, основатель и руководитель организации «Свободная Бурятия». Окончила факультет журналистики Санкт-Петербургского государственного университета (СПбГУ) с красным дипломом. Тема дипломной работы: «Влияние СМИ Украины и Молдовы на ход „цветных“ революций». В 2009 году освещала многочисленные нарушения на муниципальных выборах в Санкт-Петербурге. В 2013 году провела расследование, описавшее и давшее название явлению «кремлевская фабрика троллей» — подпольного центра Евгения Пригожина по производству проправительственных комментариев в интернете. Внедрилась в одну из его структур под видом соискательницы. За эту работу была номинирована на премию «Золотое перо России». Неоднократно сталкивалась с ксенофобией и угрозами со стороны ультраправых групп из-за своей бурятской внешности. С 2016 находится за пределами России. В марте 2022 года, после полномасштабного вторжения России в Украину, выступила одним из инициаторов создания организации «Свободная Бурятия». Организация позиционирует себя как правозащитная и гуманитарная, выступает против войны, ведет списки погибших военнослужащих из Бурятии, продвигает тему деколонизации. Признана российскими властями «иностранным агентом» (2022), заочно осуждена по уголовным статьям (2023), ее организация объявлена «террористической» (2024).
