Následující text není historickou studií. Jedná se o převyprávění pamětníkových životních osudů na základě jeho vzpomínek zaznamenaných v rozhovoru. Vyprávění zpracovali externí spolupracovníci Paměti národa. V některých případech jsou při zpracování medailonu využity materiály zpřístupněné Archivem bezpečnostních složek (ABS), Státními okresními archivy (SOA), Národním archivem (NA), či jinými institucemi. Užíváme je pouze jako doplněk pamětníkova svědectví. Citované strany svazků jsou uloženy v sekci Dodatečné materiály.

Pokud máte k textu připomínky nebo jej chcete doplnit, kontaktujte prosím šéfredaktora Paměti národa. (michal.smid@ustrcr.cz)

Иван Преображенский Ivan Preobrazensky (* 1981)

• 1981, 11 апреля — родился в Москве, тогда СССР

• 1998–2009 — окончил Российский университет дружбы народов, защитил кандидатскую диссертацию на тему «Политические дискурсы постсоветских государств: на примере Киргизии, Украины и России»

• 2008–2013 — работал политическим аналитиком в газете «Ведомости» — освещал войну с Грузией; писал для разных сми на политические и экономические темы

• 2013 — получил аккредитацию от «Росбалта», стал международным обозревателем

• 2014 — эмигрировал в Чехию, работал колумнистом на Deutsche Welle, читал лекции в Карловом университете и Университете Братиславы

• 2022, февраль — опубликовал открытое письмо от имени россиян в ЕС в связи с началом полномасштабной агрессии РФ против Украины, поселил у себя украинскую семью беженцев

• 2022, март — стал сооснователем Пражского антивоенного комитета, участником Платформы антивоенных гражданских инициатив, занимался организацией крупнейшего в Европе антивоенного митинга в Праге; работал над поправками в Lex Ukrajina (возможность в Чехии воссоединения для ЛГБТ-семей и семей протестующих россиян)

• 2023 — объявлен в РФ «иностранным агентом» (после конференции в Берлине, где подписал декларацию оппозиции); на него заведено административное дело «За дискредитацию армии», поводом для которого послужило фото в футболке с текстом «Русский военный корабль иди на хуй»

• 2025 — в России против него возбудили уголовное дело, его объявили в розыск

«Не моя война, не моя армия, не мой президент»: путь в эмиграцию

Иван Преображенский — политолог, журналист, с 2014 года — эмигрант в Чехии. В его жизни было несколько переломных моментов: крымские корни с турецкими документами прадеда, детство в московском криминальном районе Гольяново в 1990-е, диссидентские разговоры отца, первая поездка в Прагу еще школьником. Окончив факультет политологии, он стал военным аналитиком, погрузившись в тему Кавказа. Но никогда не хотел быть политиком или активистом, отделяя эту деятельность от своей позиции эксперта. Жизнь заставила его совершать поступки. После аннексии Крыма и начала войны на Донбассе он уехал из России в эмиграцию в Чехию. А после начала полномасштабной агрессии РФ против Украины в 2022 году — включился в антивоенный активизм в Чехии и сотрудничество с российской оппозицией в Европе. В 2023 году в РФ его объявили «иностранным агентом», в 2025-м — завели уголовное дело и объявили в розыск.

Семейные линии

Иван Преображенский родился 11 апреля 1981 года в Москве.

Мать, Анна Борисовна Преображенская (урожденная Никитенко), работала в проектном институте. Ее предки происходят из крымско-татарского села Тахта-Джами под Симферополем. Во время русификации 1948 года дед, председатель колхоза, переименовал село в Андрусово (в честь Н. И. Андрусова — работавшего в Таврическом университете эмигранта первой волны, который похоронен на Ольшанском кладбище в Праге). Фамилия Никитенко, вероятно, была взята семьей на основании чужих документов: при разборе старого дома нашли бумаги прадеда о выходе из турецкого гражданства в 1917 году.

Дед по матери, Борис Павлович Никитенко, поступил в мореходное училище в Мурманске, во время войны участвовал в морских перевозках грузов по программе ленд-лиза, стал председателем колхоза. Бабушка Елена Дмитриевна Никитенко — из семьи дворян-однодворцев (у них было имение на границе Рязанской и Тамбовской губерний), она окончила институт военных переводчиков, преподавала французский, была ворошиловским стрелком.

Отец, Сергей Юрьевич Преображенский, филолог, кандидат наук, занимался лингвистической поэтикой, писал стихи. 

Бабушка по отцу, Анна Васильевна (Иванникова), была главным инженером советского оборонного завода в Москве. Ее предки из Воронежской области, родители развелись в 1937 году: прадед делал партийную карьеру, а прабабушка была из семьи священника Никифора (есть в списках «Мемориала», сидел на Соловках). Прадед Василий принадлежал к советской элите, лечился в элитных госпиталях. Он подарил Ивану золотой подстаканник с монограммой «В» и запонки с бриллиантами.

Сестра Мария Преображенская, 1977 года рождения.

Крым — вторая родина

В Москве жили впятером в двухкомнатной кооперативной квартире бабушки Анны Васильевны: Иван с сестрой и родителями в одной комнате, бабушка в другой. Каждое лето Ивана отправляли в Крым, к прабабушке в село Андрусово. Запомнилась счастливая деревенская жизнь: побеги на речку, из окна — в лес. Прабабушка рассказывала про проезды Николая II через их село.

Летом 1991 года Иван был в Крыму и наблюдал, как ехала техника в Форос к М. Горбачеву. Родители в это время были в Москве: отец — у Белого дома, мама носила ему туда еду. Связи с Москвой не было, и новости узнавали, слушая западные радиостанции. Бабушка и дедушка шептались о том, что в стране начнется 1937 год. В Крым из Москвы сбежал брат матери Александр — высокопоставленный сотрудник КГБ.

Подросток: распад СССР и распад семьи

К началу перестройки семья переехала в район Гольяново. В 1990-е он стал самым криминальным в Москве. Иван вспоминает, что безопасно возвращаться домой поздно ночью и не подвергаться при этом нападению ему помогало общее детство с местными бандитами.

Отец с матерью развелись — семья не выдержала социальных изменений после распада СССР. 

Сестра употребляла наркотики, деньги уходили на лечение и на то, чтобы спасти ее от тюрьмы за их распространение. 

Иван учился во французской школе, которую окончили его мать и бабушка — ездил туда с 1 класса самостоятельно через весь город. 

Отец попробовал вложиться в бизнес по редкоземельным металлам, но бандиты отобрали деньги.

Мать после развала института познакомилась с французскими бизнесменами, работала в компании по продаже кирпичных заводов, затем координатором элитных ремонтов, позже открыла свой бизнес по ремонту квартир.

Первую заграничную поездку Иван совершил в Чехию в старших классах школы — оказался в Праге в день празднования Бархатной революции. Они с одноклассниками наблюдали митинг на Староместской площади. Жили в русской школе, где им настойчиво советовали не говорить в городе по-русски. Чехия понравилась и стала желанной страной.

Политология

В 1998 году поступил в Российский университет дружбы народов на только что открывшуюся кафедру политологии. В детстве любил политизированные разговоры отца с друзьями. Отец был вхож в диссидентские круги, присутствовал на прощании с Галичем в 1974 году при его отъезде в эмиграцию. Иван любил историю, но боялся перспективы стать «нищим школьным учителем в затертом пиджаке». Политология — как современная история демократической России — представлялась ему перспективнее.

Уровень преподавания был «дикий» — политология была в новинку. «Начиная с лекций Дугина, — вспоминает Преображенский, — я успел убедиться, что то, что преподносилось как политология и философия являлось просто чудовищной графоманией».

В 2009 году он защитил кандидатскую диссертацию на кафедре сравнительной политологии.

Война 2008 года: материал, которому не поверили

В 2008 году Преображенский работал в газете «Ведомости». Он освещал войну России с Грузией. У него были контакты в Южной Осетии и Грузии — среди политиков, военных и спецслужб. Лично неформально общался с президентом Северной Осетии. Уже за несколько дней до начала активной фазы войны он подготовил материал на первую полосу о том, что скоро начнется российское вторжение. Но главный редактор не поверила — материал сняли. А война началась.

«Я контактировал с теми и другими. Очень сложно было не оказаться частью пропаганды. Я делал ошибки. В первый день я давал юго-осетинские данные, и значительная их часть оказалась пропагандой. Но и грузинская сторона баловалась тем же. Это обычная ситуация во время войны, когда пытаются ввести медиа в заблуждение».

Преображенский был измотан этой войной. Вспоминает, что он сутками находился в редакции и однажды, когда вернулся домой, его не узнала дочь Таисия. Одновременно он чувствовал отчаяние: «Ситуация в стране резко ухудшалась, политические свободы сворачивались. А я, человек, который зарабатывает журналистикой и политической аналитикой, — что я буду делать?» 

Он записался на курсы чешского языка в Чешском доме в Москве. А в 2012 году купил дом в чешской деревне.

Кризис 2013-го и бегство от войны

В 2013 году у Преображенского сложилось ощущение: «Россия будет загнивать и превращаться в автократию азиатского типа». Он оформил аккредитацию от агентства «Росбалт» для работы за рубежом. 

Когда Россия аннексировала Крым, они с женой Лолой и дочкой на машине уехали в Чехию.

Жизнь в Чехии началась с работы колумнистом на «Немецкой волне» (Deutsche Welle) — в новой русской редакции.

Дочь пошла в чешскую школу. «Я не хотел, чтобы она ходила в российскую школу, которая уже на тот момент была индоктринирована. Я еще в Москве в садике ругался с воспитателями из-за портрета президента. Не отпускал дочь на празднование 23 февраля». 

Сын Петр родился в Чехии в 2015 году.

Крым: чей он?

У Преображенского крымские корни, и в семье отношение к крымским татарам было скорее негативным из-за семейной травмы: двоюродный дедушка зимой возвращался пешком из Симферополя после освобождения из румынского плена, и ни одна крымско-татарская семья его не пустила на постой — он умер от воспаления легких. В соседней деревне работавшие на нацистов крымские татары загнали людей в церковь и сожгли заживо.

После перестройки половину их дома в Крыму купила семья крымских татар, вернувшаяся из Узбекистана. «Там была бабушка, которая помнила, как ее депортировали из Крыма, она была дочкой мулы. Мои родственники стали общаться с крымскими татарами. Бытовое взаимодействие сняло большую часть мифологизированных предрассудков». 

До 2014 года сам Преображенский считал, что Крым должен быть российским. Но после аннексии изменил свое мнение. «Не так он должен был стать российским и уже российским никогда не будет. После аннексии крымские татары — это жертвы российской оккупации и культурного геноцида».

В аннексированном Крыму побывала мать — она продавала дом после смерти прабабушки. Иван вспоминает, что, находясь в Крыму под чудовищным давлением сторонников аннексии, мать стала повторять пропагандистский нарратив «Крым наш». У Ивана с ней возникли горячие споры. Он с юмором констатирует роль пропаганды в жизни россиян: «Когда ты едешь в Россию, ты знаешь, что людей есть нельзя, детей — тем более. Когда ты возвращаешься из России после двух недель общения, ты понимаешь, что двух-трех детей для государственной необходимости иногда съесть можно».

Российская диаспора в Чехии: активист против воли

Связывая свою жизнь с политологией, Преображенский провел для себя четкую границу: будет анализировать и изучать политику, но заниматься политикой — нет. По этой же причине не видел себя и в роли политического активиста. 

В Праге он участвовал в дискуссиях о России: говорил об ухудшении прав человека и демократии, с 2020 года предупреждал, что дело идет к большой войне. В конце 2021 года он был уверен, что Россия нападет на Украину и это будет полномасштабная война. Он заранее предвидел, чем может обернуться большая война для демократически настроенных россиян, которые уже жили в эмиграции, — их могут интернировать. 

В 2022 году Преображенскому пришлось стать активистом. Он вошел в правление Пражского антивоенного комитета. В марте 2022 года комитет провел в Праге крупнейший антивоенный митинг в Европе — в нем участвовало около 4 тысяч человек. 

Сразу после начала полномасштабной агрессии он составил открытое письмо. В письме говорилось: «Мы, граждане Российской Федерации в Европейском союзе, не поддерживаем действия России, не поддерживаем аннексию Крыма, хотим помочь Чехии и ЕС бороться с агрессией, осознаем, что потенциально поражены в правах».

Возникла мысль об альтернативных документах — например Нансеновском паспорте для демократически настроенных россиян. Ему, как и многим другим антипутински настроенным россиянам, стало просто невозможно избавиться от российского гражданства — въезд в РФ для них означал бы арест и тюрьму.

Преображенский поселил в своем доме семью беженцев. Сам ходил как волонтер помогать с переводом в различных организациях — одновременно для антивоенных россиян и для украинцев. Пытался писать поправки в законодательство (Lex Ukrajina). Благодаря поправкам удалось сохранить в Чехии возможность получать разрешение на воссоединение семьи для российских граждан: членов ЛГБТ-семей, семей тех, кто не поддерживал войну. Иван выступал на протестных акциях. 

Иностранный агент

В 2023 году Иван Преображенский был объявлен иностранным агентом. Формальное основание — участие в конференции российской оппозиции в Берлине, где он подписал декларацию о поддержке Украины, недопущении внутренних склок и смене режима в России. «Первые пару дней я был самым активным комментатором этой декларации. И поскольку за это событие кого-то надо было объявить иноагентом, а Ходорковский и Каспаров ими уже были — объявили меня. В списке потенциальных кандидатов я был задолго до этого».

Тут же появилось первое административное дело за дискредитацию армии: его фото в футболке с надписью «Русский военный корабль иди на хуй» появилось рядом с комментариями открытом интернете.

В 2025 году против него возбудили уголовное дело и объявили Ивана в розыск.

Чувство вины

В первые несколько месяцев российские интеллигенты в Праге остро испытывали чувство коллективной вины. Иван был чуть ли не единственным из коллег, кто этого чувства не испытывал. Он говорит: «Задолго до войны я понимал — это не моя война, не моя армия, не мой президент. Все, что мог сделать для предотвращения этой войны, я сделал».

Он готов спокойно принять тот факт, что несколько поколений украинцев в большинстве своем будут ненавидеть россиян: «Они не обязаны делать различий между хорошими, средними и плохими россиянами. Когда это будет воспринято как естественная вещь, а не незаслуженная обида, тогда и получится выстроить взаимодействие с украинцами».

Первая и последняя волны эмиграции

Преображенский не сравнивает нынешнюю российскую демократическую эмиграцию с первой послереволюционной, как это сейчас модно. «Белогвардейцы уехали, проиграв Гражданскую войну. А нынешние эмигранты — это условный Ленин в Цюрихе, который выступал из-за границы против империалистической войны. Только задача нынешних эмигрантов — если в России начнутся радикальные изменения — не допустить к власти экстремистов, которые не будут отличаться от путинистов».

Сопротивление Путину

Антипутинских россиян за рубежом Преображенский не называет оппозицией. Настоящей оппозицией Путинской власти он считал Алексея Навального, хотя не во всем был с ним согласен: «Кремль вынужден был реагировать на инициируемые им темы — настоящая оппозиция должна создавать будущее. Сейчас таких тем нет. То, что есть, — сопротивление Путину — это интеллектуальная альтернатива, живое общество, выдавленное из России». 

Преображенский отдает должное российской пропаганде: она работает качественно и сегментированно, создавая для каждой группы свои слухи. Считает, что у сопротивления недостаточно ресурсов, оно пытается «кричать в пустоту». Антивоенно активные люди выгорают, потому что процесс борьбы долгий, а результатов не видно. Российское сопротивление теряет поддержку на Западе. Надо рассчитывать на свои силы, разговаривать с уехавшими россиянами здесь, получать их поддержку. Ведь многие готовы вернуться в Россию, если там изменится ситуация.

Мечты о собственном будущем 

Иван хотел бы вернуться к политической теории и академической жизни или открыть кафе или пивную. Он завидует чешским соседям, которые красят заборы, косят траву, по вечерам ходят в пивную, а на выходных ездят на велосипедах с семьей. Он не помнит, когда у него последний раз были полноценные выходные.

Но он не отказывается от попыток что-то изменить в России. Его послание русскому человеку таково: «Бороться за свое личное будущее, не позволять развернуть себя в прошлое».